Коммунарочка

Газета «Молодой коммунар» приложение «Коммунарочка»

№ 9 (64)

29 октября 2011, суббота

Включение в жизнь

Сегодня педагогическое сообщество все чаще обсуждает проблемы инклюзивного образования. Речь идет об обучении детей с ограниченными возможностями вместе со здоровыми детьми в образовательных учреждениях. Об этом мы побеседовали с председателем правления Воронежской региональной общественной организации инвалидов и родителей детей-инвалидов «Искра надежды», кандидатом педагогических наук, доцентом Татьяной Поветкиной.

— Татьяна Евгеньевна, почему вы убеждены в необходимости внедрения инклюзивного образования во все современные общеобразовательные учреждения?

— Мировое сообщество развивает инклюзивное образование уже более 35 лет. И уже давно доказана его эффективность для всех детей, в том числе и для детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ). Кроме того, это единственный механизм обеспечения равного доступа к получению образования всеми без исключения детьми независимо от их индивидуальных особенностей, прежних учебных достижений, родного языка, культуры, социального и экономического статуса родителей, психических и физических возможностей. При нынешней ситуации охват образованием детей с ОВЗ достигает всего лишь 58 %. И наконец, инклюзивное образование обходится государству в несколько раз дешевле, чем обучение в специальных (коррекционных) образовательных учреждениях. А преимущества такого образования распространяются на всех детей в школе — это и отлаженная работа психологической службы, и применение разнообразных педагогических технологий, и индивидуальный подход к каждому ребенку, и раннее выявление различных нарушений здоровья.

— Насколько инклюзивное образование распространено сегодня в России и, в частности, в Воронежской области?

— В нашей стране самое яркое развитие инклюзивное образование получило в Москве и Московской области.

В столице 186 образовательных учреждений, осуществляющих инклюзивное обучение детей с ограниченными возможностями здоровья, где обучается около 1200 таких ребят. В Воронеже в июле этого года департаментом образования, науки и молодежной политики Воронежской области принято «Положение об организации интегрированного обучения детей с ограниченными возможностями здоровья в общеобразовательных учреждениях Воронежской области». На базе трех общеобразовательных школ (№№ 30, 67, 97) и детских садов Воронежа (№№ 33, 133, 167), а также учреждения дополнительного образования детей «Реальная школа» создана областная инновационная площадка инклюзивного образования детей с ОВЗ и детей-инвалидов. В шести школах Воронежа — №№ 68, 43, 67, 14, 4, 9, по одной в каждом районе города, — планируется создать условия для обучения детей-инвалидов.

— Насколько мне известно, вы изучаете опыт лучших международных практик инклюзивного образования.

— Этой осенью у нас в гостях побывала учительница из Норвегии Гудрун Юттерстад. Она рассказала, что в Норвегии инклюзия началась с 1989 года после принятия соответствующего закона. Все коррекционные учреждения, специализированные интернаты закрылись до 1991 года. И сейчас проблемы детей-инвалидов решаются в образовательных учреждениях по месту жительства — в обычных детских садах и школах. Учиться обязаны абсолютно все, независимо от диагноза и ограничений, связанных с ним. Надомного обучения в Норвегии не существует. Просто, когда ребенок попадает в школу, его там готовы принять — педагоги обучены работе с детьми данного диагноза, оборудовано рабочее место ребенка. Зачастую, в зависимости от тяжести заболевания, на уроке присутствуют помощники учителя.

В некоторых классах их может быть до четырех.

— Много ли у нас школ, где способны учиться дети-инвалиды?

— Если говорить об архитектурной доступности, то таких школ практически нет. Больше того скажу, специализированные интернаты также не приспособлены для обучения детей на колясках. Но ребят, которым необходима архитектурная доступность, не так уж и много. Многие свободно перемещаются, прекрасно воспринимают образовательную программу. И для их обучения требуется совсем немного затрат и усилий.

— Для инвалидов, обучающихся инклюзивно, вероятно, должны быть разработаны специальные учебные курсы или программы, направленные на облегчение процесса их адаптации в общеобразовательном учреждении?

— Дети-инвалиды могут обучаться по индивидуальному учебному плану. Педагогический консилиум школы разрабатывает его на основе единого образовательного стандарта и действующих образовательных программ. Просто весь материал адаптируется под возможности ребенка.

— Влияет ли на обычных, здоровых детей та ситуация, что им приходится осваивать образовательные программы в одном классе с ребенком-инвалидом?

— Влияет, и только с положительной стороны. Во-первых, учитель, который индивидуально подходит к обучению ребенка с ОВЗ, так же внимательно начинает относиться к каждому ребенку в классе. Обучение сопровождает и поддерживает психологическая служба в школе, которая должна быть «на высоте». И наконец, пример самого ребенка-инвалида, который стремится к знаниям, несмотря ни на что, оказывает огромное духовное влияние на детей. Дети в классе учатся таким понятиям, как помощь, забота, ответственность за другого.

— Ни для кого не секрет, что подростки могут быть очень жестокими. Они дразнятся, хулиганят, дерутся. Комфортно ли с психологической точки зрения ребенку-инвалиду учиться в школе вместе с обычными детьми-непоседами?

— Подростки могут быть и жестокими, и милосердными, и злыми, и добрыми. Причем по отношению к кому угодно. Это во многом зависит от той атмосферы, которую учитель создал в классе, и от атмосферы во всей школе. Инвалидность — это не критерий, по которому судят о человеке. О человеке судят по его человеческим качествам.

А что касается опыта других стран, то в Норвегии, например, есть закон, который не допускает каких-либо преследований в школе. И за это полностью несет ответственность учитель. Если вдруг поступает жалоба от какого-то ребенка или его родителя, то после этого следует серьезнейшее разбирательство и возможна уголовная ответственность.

Во всем мире много хороших законов и прекрасных образовательных практик. Но наше образование всегда было лучшим. И я очень надеюсь, что все российские дети будут учиться в школе и иметь в дальнейшем инклюзивную жизнь. Ведь инклюзия — это всего-навсего «включение». Мы просто хотим, чтобы всех детей «включили» в образование, а потом «включили» и в жизнь.

Беседовала Елена Добрынина

http://www.mkommunar.ru/?lev1=24&id=64