Аня и мир. В Воронеже формируется культура инклюзивного образования

Ане Беннер десять лет. Она хорошо поет и часто выступает вместе с фольклорным ансамблем «Субботея». Как и все дети, Аня ходит в школу. Тянет на уроках руку, делает домашние задания и старательно выполняет то, что просит учительница. У Ани синдром Дауна – и она учится в обычной воронежской школе.

Первые шаги

В три года, как и все дети, Аня пошла в детский сад. Сверстники приняли девочку хорошо – считали, что она просто младше. В восемь лет Аня поступила в первый класс. Именно здесь, в 67-й школе, в сентябре 2011 года стартовал эксперимент по инклюзивному образованию, которое подразумевает, что дети с инвалидностью учатся вместе с обычными детьми.

Инклюзивное образование в Воронеже пока имеет совсем короткую историю. В 2008 году родители детей с аутизмом объединились в общественную организацию «Искра Надежды», чтобы вместе бороться за их права, в том числе и на образование. Необычное поведение, которым отличаются аутисты, вызывает не только сочувствие, но и неприятие. В большинстве случаев таких детей не берут не только в общеобразовательные школы, но и в коррекционные учреждения.

В 2009 году члены «Искры Надежды» обратились к губернатору Воронежской области, а также в Департамент образования, науки и молодежной политики – с просьбой создать в городе экспериментальную площадку по инклюзивному образованию.

Чиновники пошли навстречу интересам родителей, и в итоге летом 2011 года появились нормативные акты, регулирующие инклюзивное образование в регионе. В одном из них говорилось о том, что ребенку, который учится инклюзивно, необходимо психолого-педагогическое сопровождение и индивидуальный учебный план. В сентябре 2011 года семь учреждений Воронежа вступили в экспериментальную программу, чтобы подготовить комфортные условия для обучения детей с инвалидностью.

Адаптировать условия, а не ребенка

Главная проблема детей-инвалидов заключается в том, что общество так или иначе вынуждает их существовать в изоляции. Для полноценного развития недостаточно коррекционных школ и центров реабилитации, тут необходима социализация. Сторонники инклюзии предлагают адаптировать условия к ребенку, а не наоборот.

Надо отметить, что, имея на то законные основания, дети с инвалидностью учились в воронежских школах и прежде, но они были лишены дополнительных условий. По словам руководителя «Искры Надежды» Татьяны Поветкиной, практически ни в одной школе Воронежа нет развитой инфраструктуры для детей-колясочников. В той же 67-й школе была сделана входная группа с пандусами и специальный туалет – на первом этаже. Однако попасть на второй или третий проблематично. Занятия старших классов проходят на этажах выше пятого, поэтому пятиклассница этой школы, привязанная к инвалидной коляске, вынуждена обучаться на дому.

Инклюзивное образование для детей с особенностями ментального развития связано уже с совсем другими сложностями. Недостаточно просто посадить такого ребенка в один класс со всеми. Сперва нужно подготовить преподавателей, родителей и учеников, составить индивидуальный план обучения. Так, в рамках экспериментальной программы в школах и детских садах проводили семинары, на которых формировались представления о культуре инклюзии, показывались тематические фильмы.

Они могут всё

Красивая и жизнерадостная Жанна Беннер, мама Ани, говорит, что относится к дочери как к обычному ребенку, не предъявляя завышенных или заниженных требований. Важно избегать мысли, будто ребенок с синдромом Дауна ничего не может и за него нужно все делать самому.

«Как-то Аня приучила меня помогать ей снимать обертки с шоколадных конфет. Она подходила ко мне, давала конфету, я разворачивала, зная, что у детей с таким диагнозом плохо развита моторика рук. Как-то оставила Аню одну дома наедине с коробкой таких конфет. Когда вернулась – все были съедены, обертки лежали рядом. Со временем я на многих примерах убедилась, что почти все она может делать самостоятельно».

По мнению Жанны Беннер, учеба в общеобразовательной школе является мощным толчком для развития детей с синдромом Дауна. Они все впитывают так же, как и остальные, тоже хотят быть успешными. Учительница Ани говорит, что девочка всегда стремится к общению с отличницами.

«По сути дела, проблем с Аней не было никогда. Она и сейчас сидит на уроках и старательно выполняет все задания – в отличие от многих обычных непослушных детей. Оценивают Аню исходя из ее особенностей, но учится она по общей программе. Если что-то не успевает – одноклассники помогают».

По словам Татьяны Поветкиной, с момента принятия постановлений об инклюзивном образовании в городе многое изменилось. На базе ВГПУ был открыт Ресурсный центр поддержки инклюзивного образования, где готовят специалистов, призванных работать в этой области. В общеобразовательные школы, причем в те, что даже не участвуют в эксперименте, пошло больше детей с инвалидностью, в том числе несколько ребят с синдромом Дауна.

Сделать нормой

Начав с защиты прав детей с аутизмом, «Искра Надежды» включилась в большую работу по созданию достойных условий развития для всех детей-инвалидов Воронежа. Что касается аутистов (в особенности – тяжелых случаев), ситуация пока мало поменялась.

«Такие дети будут очень долго адаптироваться к обучению – в лучшем случае, полгода, а то и год-два, – говорит Татьяна Поветкина. – Поэтому каждому ребенку нужен тьютор (сопровождающий наставник), причем очень хорошо подготовленный. Необходимы индивидуальные занятия, потому что воспринимать материал наравне со всеми сможет не каждый, тяжело будет даже аутичному ребенку с очень высоким интеллектом.

Такой подход требует серьезного финансирования. В идеале нужен спецкласс с дозированием инклюзии. Вначале ребенок ходит со всеми только в столовую, на перемены и общие мероприятия, остальную часть времени занимается отдельно. Затем происходит «включение» в общий класс на отдельных занятиях (обязательно в сопровождении тьютора) – по физкультуре, музыке, изучению окружающего мира и т.д. При заметном прогрессе количество совместных занятий можно увеличивать. Все понимают, что в этом процессе никто не должен пострадать: ни класс, ни учитель, ни сам ребенок».

Развитие инклюзивного образования предполагается и в ходе программы «Аутизм излечим», которую реализует в Воронеже фонд содействия решению проблем аутизма «Выход». Об этом мы писали в прошлом номере.

Евгения Мишина, исполнительный директор фонда «Выход», отмечает: «Глобальная цель нашей деятельности – создание общества, в котором гармонично сосуществуют все – инвалиды, сироты, старики и многие другие. Мы надеемся, что с помощью Правительства области и при активном участии «Искры Надежды» инклюзивное образование в Воронеже перестанет быть экзотикой и экспериментом, а войдет в жизнь как норма».

Инклюзивное общество

С 1 сентября «Искра Надежды» собирается отправлять в школу детей с синдромом Дауна – уже с тьюторами, которым организация планирует самостоятельно платить зарплату. К слову, тьюторство пока еще не является профессией, гарантирующей хотя бы надлежащую запись в трудовой книжке. Соответствующий федеральный закон сейчас только разрабатывается.

Остается один вопрос – полезно ли такое совмещенное образование для обычных детей? Специалисты уверяют, что ребенок, выросший в инклюзивной среде, по-другому смотрит на жизнь, лучше принимает тех, кто не похож на него, а главное – видит полную картину мира. Инклюзивное образование – первый шаг на пути к обществу, в котором каждому найдется место.

Евгения Глуховцева

Источник: vremyakultury.ru